Точки зрения центра

Аналитический центр-Точки зрения центра

Николай Богомазов: Новые подходы к изучению истории революции и Гражданской войны в России

Автор: Николай Богомазов, кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры новейшей истории России (Институт истории)

Новые подходы к изучению истории революции и Гражданской войны в России

Гражданская война, последовавшая за революцией, является одной из самых трагических страниц в истории России. На огромном пространстве бывшей Российской Империи от Лодзи до Владивостока шло кровавое братское противостояние с применением всех имевшихся на то время видов оружия, а лояльность населения на занятых территориях противоборствующие стороны зачастую обеспечивали террором; главным инструментом борьбы стало насилие. Психологическая усталость от длительной и тяжелой Первой мировой войны, разочарование в институтах власти, расстройство экономики, помноженные в каждом конкретном случае на личные мотивы, — всё это привело в невиданному «озверению» и жестокости, которые характеризуют период российской Гражданской войны.

Безусловно, такое крупное событие, по сути изменившие течение мировой истории, не могло не вызывать интереса у историков, как российских, так и зарубежных. Осознание важности переживаемых событий пришло к современникам очень быстро, и изучение истории революции и Гражданской войны началось сразу после ее окончания. Таким образом, на сегодняшний день имеется большой корпус исследований, посвященных самым разным проблемам и аспектам «русской смуты» ХХ века. Вместе с тем, за последние годы произошли значительные изменения в исследованиях по данной проблематике: изучение истории русской революции и Гражданской войны получило мощный импульс, появилось огромное количество новых трудов и, как следствие, наше понимание этих событий вышло на новый качественный уровень.

В рамках данного выступления я хотел бы кратко представить те основные изменения в подходах к изучению истории революции и Гражданской войны, которые произошли в российской исторической науке за последние годы, и дать им краткую характеристику. К сожалению, не все аспекты я успею осветить, но постараюсь остановиться на самых главных моментах. Вероятно, кто-то из коллег не согласится со мной в тех оценках, которые я дам. Но я уже порядочное время занимаюсь данной темой и, смею надеяться, мой взгляд на проблему не лишен основания.


1. Датировка

В российской исторической науке долгое время шли споры о дате начала Гражданской войны, которые вытекали из признания или непризнания того или иного события ее частью. Итогом этой дискуссии стал отказ от старой датировки (1918-1920). Сегодня большинство историков сходятся во мнении, что интервал 1918-1920 гг. является лишь периодом войны, когда противостояние шло с наивысшей активностью, но при этом сами хронологически рамки российской Гражданской войны гораздо шире. Важно понимать, что Гражданская война в России и Великая русская революция представляют собой единый неразрывный период российской истории, находящийся между временем «думской монархии» (1907-1917) и периодом «новой экономической политики» советского правительства, нэпа (1921-1929). Поэтому нижней временной границей Гражданской войны считается 1917 год, в течение которого элементы противостояния неоднократно проявлялись в разных частях России, хотя имели локальный характер и не перерастали в полномасштабный вооруженный конфликт. За верхнюю временную границу берется 1922 год, в течение которого были разгромлены последние очаги сопротивления Советской власти на Дальнем Востоке России, а внутри страны уже проводилась «новая экономическая политика», «нэп» (решение о переходе к нэпу было принято на X съезде РКП(б) в марте 1921 года). Таким образом, широко принятая на сегодняшний день в российском научном сообществе датировка Гражданской войны в России — с 1917 по 1922 годы. Более 5 лет.


2. Новые источники

За последние годы российская историческая наука обогатилась огромным количеством новых источников, как архивных, так и личного происхождения (воспоминания, мемуары, дневники и прочее). Историкам стали доступны ранее закрытые фонды российских архивов, документы которых позволили внести весьма значительные коррективы в наше понимание революции Гражданской войны. Кроме того, исследователи получили доступ к документам, собиравшимся российскими эмигрантами — теми, кто оказался после 1917 года за пределами Советской России. Некоторые из этих коллекций были перевезены в Россию. Весьма значительные собрания документов хранятся в США в Стэнфордском и Колумбийском университетах и также активно вводятся российскими исследователями в научный оборот в последнее время. Помимо архивных документов, российские специалисты, наконец, смогли ознакомиться с эмигрантской мемуарной литературой, насчитывающей десятки тысяч изданий. Многие мемуаристы играли ключевые роли в событиях 1917-1922 годов, и их свидетельства, сопоставленные с архивным материалом, значительно расширили наше представление о революции и Гражданской войне.


3. Знакомство с зарубежной историографией

Выход отечественной исторической науки из определенной изоляции и вовлечение зарубежных специалистов в научную дискуссию о проблемах российской истории дало импульс к расширению методологии исследований и к постановке новых проблем. Плодом сотрудничества с зарубежными коллегами стало появление большого количества уникальных совместных работ, особенно по истории русской революции. Кроме того, иностранные коллеги вводят в научный оборот документы из своих национальных архивов, которые зачастую недоступны российскому исследователю ввиду незнания соответствующего языка. Например, одну из ключевых работ по истории Гражданской войны на Северо-Западе России написал историк из Эстонии, который использовал документы на эстонском языке. На сегодняшний день представляется практически невозможным изучение истории революции и Гражданской войны в России без привлечения зарубежной литературы (написанной в большинстве случаев на английском языке, реже — на французском и немецком).


4. Региональность

На современном этапе российская историческая наука естественным путем пришла к тому факту, что невозможно заниматься исследованием всей Гражданской войной во всем ее объеме в виду слишком большой территории, на которой она велась, а также ввиду того, что каждый отдельный регион мог иметь свою специфику, не характерную для других. Например, на севере России (Архангельск и Мурманск) война велась при активном участии англичан, в Прибалтике и на Украине огромную роль в событиях играли немецкие войска, на Дальнем Востоке — японские. Более того, в некоторых регионах противоборствующих сторон было не две, а три, а кое-где и четыре. В ряде случаев общероссийская Гражданская война принимала национальную окраску и приобретала вид борьбы на независимость (Прибалтика, Украина, Кавказ). Поэтому в современных российских исследованиях очень силен региональный аспект, ставятся проблемы изучения протекания Гражданской войны в том или ином регионе. При этом, однако, обращается внимание на схожесть и отличие региональных процессов от общероссийских, что позволяет видеть не только частные особенности, но и общую картину.




5. Полемика

Отметим, что революция и Гражданская война в России представляют себя одну из тех проблем истории России, о которых идет постоянная научная и общественная дискуссия, а столетие Великой русской революции придало ей новую силу. Что, на мой взгляд, является вполне положительным фактом, поскольку стимулирует появление новых исследований, привлечение неизвестных ранее источников и постановку принципиально новых проблем. Несмотря на достаточно хорошо известную фактологическую канву событий, по многим вопросам между учеными нет единого мнения и активно ведется полемика на страницах монографий и научной периодики; каждая существенная публикация вызывает отклик научной общественности. Таким образом, современная историография революции и Гражданской войны характеризуется высоким уровнем дискуссионности и полярности мнений, что приводит к более глубокому пониманию исследуемых проблем.


6. Междисциплинарность

Важной особенностью современных работ по истории революции и Гражданской войны является их междисциплинарность. Все чаще исследователи поднимают вопросы, находящиеся на стыке истории с другими науками — экономикой, психологией, социологией, юриспруденцией, демографией, этнографией. Это требует от исследователя особых навыков в соответствующей области знания и умения пользоваться ее научным инструментарием. Как яркий пример подобных исследований можно указать работы по психологии масс, теории революций, особенностям правового регулирования в условиях делегетимизации центральной власти и т. д., которые были бы невозможны без привлечения соответствующих наук.


Резюмируя все сказанное, хочется отметить, что за последние 30 лет изучение истории Великой русской революции и Гражданской войны в России претерпело значительные изменения, крупнейшие из которых я попытался представить в рамках этого доклада. За это время отечественная историческая наука совершила качественный рывок в изучении истории революции, скорректировав уже имевшиеся знания и привнеся много нового, ранее неизвестного. При этом, несмотря на уже почти столетнюю историографию, некоторые вопросы истории революции и Гражданской войны до сих пор остаются малоизученными и дискуссионными. Однако постоянный интерес, который вызывает эта проблематика у исследователей, а также у студентов, позволяет с оптимизмом смотреть на изучение ее в будущем.