Точки зрения центра

Аналитический центр-Точки зрения центра

Николай Самойлов: Революция 1917 года в России и Синьхайская революция в Китае: типологическое сравнение

Автор: Самойлов Н.А, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой теории общественного развития стран Азии и Африки (Восточный факультет). Директор Центра изучения Китая СПбГУ.

Революция 1917 года в России и Синьхайская революция в Китае: типологическое сравнение

Великая Русская революция 1917 года и Синьхайская революция в Китае относятся к числу важнейших событий XX века. Их историческое значение очень велико. Обе революции сокрушили многовековые монархии и открыли новый этап исторического развития для своих стран. Их сравнительное изучение может выявить общность и различия в исторических судьбах народов Китая и России.

Синьхайская революция и Русская революция 1917 года (подразделяющаяся на Февральскую и Октябрьскую) произошли с интервалом всего лишь в несколько лет. Синьхайская революция, ставшая первой в ряду крупных антимонархических революций XX века на нашей планете (если не считать Португальскую революцию 1910 г.), ознаменовала провозглашение первой республики в Азии. Русская революция изменила не только ход исторического развития России, но и повлияла на судьбы многих стран и народов.

Династия Цин (1644-1912) была исторической ровесницей династии Романовых в России (1613-1917). Царствование обеих династий началось в XVII веке, обе достигли своего могущества в XVIII-м и были свергнуты в начале XX века.

Как в России эпохи Романовых, так и в Китае эпохи Цин численно доминировало крестьянство. Правда, в Китае не было крепостного права в том виде, в каком оно просуществовало в России до 1861 г. В обеих странах происходили мощные крестьянские восстания и даже крестьянские войны (Крестьянские войны под предводительством Степана Разина (1667-1671 гг.)  и Емельяна Пугачёва (1773-1775 гг.) в России и Крестьянская война тайпинов 1850-1864 гг. в Китае). Были сильны традиции массовой крестьянской борьбы.

Россия и Китай представляли собой абсолютные монархии, где была очень сильна власть бюрократии, а государство целенаправленно и планомерно занималось воспроизводством чиновничества всех рангов (система государственных экзаменов для получения ученых степеней сюцай, цзюйжэнь и цзиньши в Китае  и  система чинов, закрепленная в Табели о рангах, в России).

Исследуя особенности исторического развития этих стран, можно выявить период, когда в Китае и России решались сходные задачи модернизации общества – это 2-я половина XIX – начало ХХ в. Не забывая о том, что структура и характер российского и китайского обществ были все-таки во многом различными, можно с уверенностью сказать, что цели преобразований были схожими. Результаты данной попытки трансформации общества оказались не одинаковыми, что и сказалось на последующих событиях в указанных странах и фактически предопределило многое в исторических судьбах Китая и России в ХХ в.

При этом следует обратить внимание на то, что время, когда были предприняты важнейшие преобразования в этих странах, совпадает даже хронологически. Политика «самоусиления» в Китае, знаменовавшая собой первую серьезную попытку оторваться от многовековой традиции и частично трансформировать китайское общество, повернув его «лицом к внешнему миру», берет свое начало с императорского указа 1861 г. «Эпоха Великих реформ» Александра II в России началась с отмены крепостного права в том же году.

2-я половина XIX – начало ХХ в. оказались ключевым периодом для дальнейшего развития Китая и России. Фактически именно тогда решался вопрос о путях их дальнейшего исторического развития. Что предпочтительнее: путь реформ или путь революций? Данная проблема занимала умы многих мыслителей как в Китае, так и в России, но решалась она, безусловно, не только в теории, но и на практике.

Половинчатость и непоследовательность преобразований, а также тяжелейший груз традиций в социально-экономической и идеологической сфере не позволили реформам периода «самоусиления» вывести Китай на путь широкомасштабной модернизации. Вторая попытка – «реформы 100 дней» 1898 г. – завершилась реакционным дворцовым переворотом. «Реформы сверху» - «Новая политика», начатые в 1-м десятилетии ХХ в. (в значительной степени по инициативе Чжан Чжидуна и под влиянием его авторитета), исторически уже опоздали. Китайское общество, взбудораженное начавшимся процессом трансформации и агрессией извне, вплотную подошло к революционной альтернативе. Разразившаяся в 1911-1913 гг. Синьхайская революция знаменовала собой начало новой фазы в истории долгого движения китайского общества по пути революций и гражданских войн.

В России на смену «эпохи Великих реформ» 60-70-х гг. XIX в., провозглашенных и начатых Александром II, пришли контрреформы Александра III. Борьба между сторонниками эволюционного и революционного путей стала еще острее. Многие социально-экономические и политические конфликты, предопределенные незавершенностью реформ 1860-1870-х гг., требовали своего разрешения.

Революционная альтернатива вылилась в события 1905-1907 гг. Но в отличие от Китая, либерально-реформаторская тенденция в России оказалась сильнее, а социальная база преобразований значительно шире, масштабнее было и знакомство с западным опытом. Политические реформы, создание Государственной Думы, а затем реформы Столыпина знаменовали собой новую попытку выхода России на эволюционный путь развития. Вместе с тем реформаторам в России (как, впрочем, и в Китае) объективно приходилось вести борьбу как с консерваторами традиционалистского типа – противниками модернизации, так и со сторонниками революционного пути развития. Крайне неблагоприятными с точки зрения перспектив модернизации и развития страны по пути реформ оказались внешнеполитические акции Российского правительства. Поражение в русско-японской войне 1904-1905 гг. и неудачи России в затянувшейся Первой мировой войне ослабили позиции реформаторского лагеря, оказали ощутимое негативное воздействие на национальное самосознание, дали в руки революционеров – противников правящего режима достаточно веские аргументы.

Таким образом, во 2-й половине XIX – начале ХХ вв. как в Китае, так и в России происходили процессы, свидетельствующие о формировании новых путей развития. Объективно эти страны должны были стремиться догнать или приблизиться к уровню социально-экономического развития передовых в то время государств мира. Обществу предлагались по существу три возможных варианта: 1) продолжение развития в рамках прежней социально-экономической, политической и духовной традиции, 2) постепенная трансформация общества путем реформ в самых разнообразных сферах, 3) революционный прорыв в новое состояние.

Именно этот третий вариант стал магистральным как в России, так и в Китае и проявился во 2-м десятилетии XX века.

Можно найти много общего в предреволюционной ситуации в Китае и России. Крестьянство стремилось к решению аграрного вопроса, национальная буржуазия требовала больших прав и свобод, новая интеллигенция все более увлекалась передовыми идеями, приходившими с Запада. И там, и там все эти силы постепенно сплачивались под антимонархическими лозунгами. В обществе, во всех его слоях, усиливались и культивировались антиправительственные и антимонархические настроения.

Безусловно, в предреволюционной ситуации в России было одно серьезное отличие от Китая - Мировая война. Этот фактор усугубил многие процессы объективного характера, протекавшие в то время в Российской империи.

В Китае в предсиньхайский период резко усилилась антиманьчжурская пропаганда. Революционеры в своей агитации делали акцент на том, что причины всех бед китайского народа проистекали из того, что в стране правила иноэтническая маньчжурская династия (можно вспомнить сочинения Цзоу Жуна и Чжан Тайяня, который призывал к «расовой революции»). В России в годы Первой мировой войны распространялись идеи о том, что при дворе сильны прогерманские настроения. Особенно активно в этом обвиняли императрицу – немку по происхождению.

Даже, если обратиться к некоторым частным моментам, то можно обратить внимание на сходство некоторых деталей. Например, в России накануне революции многие видели причину бед и неудач своей страны в том, что в то время при дворе огромным влиянием пользовался Григорий Распутин, не облеченный никакой официальной властью.  А в Китае, в конце правления вдовствующей  императрицы Цыси, ее обвиняли в том, что власть при дворе оказалась в руках всесильного евнуха Ли Ляньина ( 李連英).

Очень существенно, что и в Синьхайской революции, и в Русской революции 1917 года решающую роль сыграла армия. Синьхайская революция началась с восстаний в частях Новой армии, выступившей против цинского правительства. В этих воинских частях было сильно влияние революционных организаций и тайных обществ. Российская армия в ходе затянувшейся Первой мировой войны также сильно революционизировалась. Накануне Февральской революции там усилилась революционная агитация, находившая отклик в ее рядах.

Отдельно стоит сказать о роли генералитета. После Учанского восстания, провозглашения Китайской республики и избрания Сунь Ятсена временным президентом, 42 видных генерала Бэйянской армии по инициативе Юань Шикая дали клятву до конца сопротивляться Республике и защищать императора Пу И. Однако уже в начале 1912 г. эти же 42 генерала, отбросив свою клятву верности Цинскому императорскому двору, потребовали установления в стране Республики, а Юань Шикай предложил двору выгодные для себя «Условия отречения династии Цин».

В свою очередь, в России в феврале 1917 года, большая группа генералов, включая командующих фронтами (Рузский, Брусилов, Алексеев, Эверт и др.), потребовала от императора Николая II отречься от престола и почти силой вынудила его сделать это. Современные историки называют их действия «военным заговором».

Таким образом, можно констатировать, что Синьхайская революция в Китае и Великая Русская революция 1917 года – это две революции, произошедшие в крестьянских странах, вступивших к этому времени на путь модернизации общества, которая встречала на своем пути множество препятствий. Не смотря на то, что степень модернизации российского социума была выше, это не снижало остроты возникавших проблем, к тому же усугубленных Первой мировой войной.

Исходя из этого, антимонархическая революция в России (Февральская) типологически оказывается более похожей на антимонархическую антицинскую Синьхайскую революцию, чем, скажем, на падение монархий в Германии и Австро-Венгрии в 1918 г.

При этом в России антимонархическая революция сразу же начала переходить в иное качество и повлекла за собой большевистскую революцию октября 1917 г. и последовавшую за этим Гражданскую войну и раздробленность (господство региональных военных группировок, иностранная интервенция и отпадение национальных окраин), с чем большевикам удалось покончить, объединив к 1922 г. большую часть страны.

В Китае период раздробленности, войн милитаристов, гражданских революционных войн и отражения иностранной агрессии растянулся на несколько десятилетий и смог завершиться только в 1949 г. победой Коммунистической партии Китая и образованием Китайской Народной Республики.